Юрий Шутов

На начало весны третьего тысячелетия пал юбилейный День рождения, как теперь говорят, первого и последнего президента СССР М.Горбачева. Чествование его семидесятилетия прокатилось по всем телерадиоканалам нашей страны и мира. Кто-то легко зримый очень хотел, чтобы это событие из личной жизни частного лица превратилось хотя бы во всенародный праздник. Теле-тети-дяди на все голоса поздравляли юбиляра и желали ему продолжать так же успешно оплодотворять все вокруг. А многие даже делились трогательными воспоминаниями об университетском студенческом общежитии, в котором бывший ставропольский тракторист и будущий генсек Миша повстречал и сразу полюбил гуманитарку Раю. Воспоминания чередовались показами, как его любит весь мир, окромя советского народа, вроде бы, получившего из щедрых горбачевских рук свободу говорить вслух все, что вздумается, правда, в обмен на потерю всего остального вместе с родной страной. Но об этом, разумеется, умолчали. Ведь все эти славословия в адрес Горбачева были задуманы как контрольный выстрел в душу истерзанного "демократами" нашего народа, дабы убедиться, надежно ли она мертва. Правда и то, что отсутствие массового протеста по поводу празднования этого юбилея кроется вовсе не в смирении, либо врожденной человеческой доброте, или же, как уверяют, в традиционном отсутствии злопамятности. Эти, скорее всего, апатия и всенародное равнодушие вызваны разрушающей людское сознание страшной силой телерадионаркоза, под чудовищным воздействием которого люди могут напрочь позабыть все, даже чьи они и откуда родом, а уж, тем паче, запамятовать, кто такой Горбачев, совершивший с компанией гнусов подлое убийство своей же матери-Родины. Убийство родной матери нигде в мире не считается простым убийством. Таким преступлением изверг навсегда отгораживает себя от живущих, поэтому отношение к нему нормальных людей полностью исключает прощение, забвение или снисхождение. Оправдание в подобном случае невозможно. Вот почему, отмечая день его рождения и желая обелить именинника, с телеэкранов всем внушали о, якобы, непреднамеренности ошибок "перестройки". При этом даже не заикались о том, что в результате таких "ошибочек" погибло много миллионов людей, были сломаны идейные бастионы, психологические установки и безвозмездно, безвозвратно сдано Америке полмира дипломатического пространства, завоёванного тяжким ратным трудом многих поколений бескорыстных предшественников. Кроме этого, сегодняшний юбиляр еще распродал за сущий бесценок все разом социалистические страны вкупе с обширными советскими районами традиционных морских промыслов вокруг берегов северо-востока СССР и Аляски. В том, что это была именно продажа, и причем откровенная, сегодня уже мало кто сомневается. Ибо не мог же Горбачев просто так, и, тем более, бесплатно, приказать разломать укрепредуты собственной страны и заставить советскую армию спешно, теряя по дороге вооружение, бежать из Германии на восток, бросив на произвол судьбы целые государственные системы, партии и народы вместе с необозримыми территориями, щедро усыпанными костьми наших пехотинцев. Нет! Бескорыстно такие подарки не делают. Ведь в ту пору одна лишь Германия слезно предлагала Союзу десятки миллиардов немецких марок только лишь за уход советских войск из Западной Европы, дополнительно обещая выстроить в СССР целые военные города для передислоцированных армейских частей. Но Горбачев решил иначе. Заместо укрепления и процветания нашей армии покинувшие Западную Европу советские войска остались без крова, содержания и зарплаты, после чего разбрелись по белу свету. СССР, разумеется, тоже никаких денег не получил за уничтожение своих вооружённых сил и возврат противнику пол-Европы, кровью завоеванной в победном 45-м. В итоге этой горбачевской комбинации сегодняшняя Россия даже оказалась у Германии в многомиллиардном долгу, и все будущие поколения русских очутились у немцев в беспросветной кабале. В выигрыше, как и следовало ожидать, остался один лишь Горбачев со товарищи, который, очень надеясь на наше искусственно организованное беспамятство, сегодня опять метит лично посоучаствовать в завершении так удачно им начатого разгрома России.
Вот почему вновь блуждает доброжелательно-снисходительная улыбка на лице этого семидесятилетнего юбиляра, резво перешагнувшего рубеж когда-то им охаянного среднего возраста б.членов Политбюро ЦК КПСС. Уж кто-кто, а он-то прекрасно знает, что самый гнусный изувер способен загубить не больше нескольких десятков человеческих жизней. В то же самое время, миллионами убивают обычно те, кто кормит белочек с рук, при этом вполне добропорядочен, непьющ и даже не изменяет жене. Гитлер, к примеру, тоже любил свою избранницу Еву, но от этого его преступления против человечества менее тяжкими, почему-то, не считаются. Хотя нашей стране и народу он вместе со своим рейхом нанес значительно меньший урон, нежели Горбачев с, вроде бы, фронтовиком Яковлевым и б.коммунистом, а ныне восточным князем Шеварднадзе. Именно такие "гуманисты" со скипетром власти в руке страшнее любых людоедов и разных серийных забубенных убийц, вместе взятых. К тому же подобные типы всегда очень желают, чтобы гильотины, электростулья либо виселицы не простаивали ни минуты, ведь кладбища, по их мнению, на то и существуют, дабы без перебоя свозить туда мертвых.
Выдающаяся личность, безусловно, играет значительную роль в судьбах народов и истории. Ведь если бы в 1985 году вместо Горбачева Генеральным секретарем ЦК КПСС стал другой претендент из Политбюро Г.В.Романов, то тогда мы и сегодня продолжали бы жить в шагнувшей далеко вперед могучей и богатейшей стране мира - СССР. И ни о каких долгах, в т.ч. "Парижскому клубу" или разным другим игорным притонам Монте-Карло, не могло быть и речи. Ведь Союз никому и ничего не был должен и ни в каких кабальных кредитах не нуждался. Это все вранье "демократов" дабы скрыть последующее разграбление. Долгов понаделали наследники Горбачева, вдребезги и полностью разворовав совместно с западными кредиторами их же кредиты; да дебиторские задолженности разных стран, пребывавших в экономической зависимости у СССР.

Совсем незадолго до горбачевского юбилея Романову тоже исполнилось 78 лет, но этот информационный повод, разумеется, никто не заметил. Иначе бы даже при случайном детальном сравнении творческого наследия этих двух именинников из когда-то самых молодых членов Политбюро, были бы в пух и прах развеяны многие "демократические" мифы, в том числе о т.н. "золоте партии".
Горбачев, всех предав и все продав, теперь сказочно богат. Прикрытием краденого ему служат его же Фонд и различные PR-трюки, типа пресловутой рекламы якобы вкусного куска пиццы. В то же самое время Романов, по нынешним меркам, так же неимоверно-сказочно беден. Обывателю с его помраченным телевидением рассудком довольно трудно поверить в то, что бывший член Политбюро, Секретарь ЦК КПСС ничего не украл, у него нет счетов в зарубежных банках, так же, как нет и доли в "золоте партии", о котором, полагаю, он вообще ничего и не ведает. Уверен, что Романов доживает с одной лишь персональной пенсией, к тому же бывшей "персональной", и стариковским мучительным желанием где-нибудь купить подешевле пару-тройку кубометров досок, чтобы подправить сгнившую веранду в маленьком садовом домике. В общем, как ни странно для "демократов", но господин Романов нищ, и это несмотря на то, что пару десятков лет назад, в его бытность главой Ленинградского обкома КПСС, пред ним много, много лет расстилались Ленинград и область. Напрасно "реформаторы" упорно всех уверяют, что в советское время каждый крупный партийный функционер обязательно что-то украл. Это, как и многое другое, тоже их подлые враки, т.к. воровать партфункционерам было попросту нельзя. И тому пока еще есть живой пример, только вовсе не нынешний рыночный социал-демократ, миллиардер Горбачев, а нищий коммунист Романов. Утверждая это, я, разумеется, не имею в виду Туркестан и Закавказье. Там климат иной, и потому скорая перелицовка подобных Алиеву с Шеварднадзе из членов Политбюро в азиатских ханов, эмиров и восточных князей не должна никого удивлять. Они, как и большинство их соплеменников, настоящими коммунистами даже сами себя никогда не считали. То была одна из стратегических ошибок партии.

Биография Романова, как и сама его жизнь, проста и прозрачна: до войны закончил школу, сержантом протопал фронтовыми дорогами пол-Европы до Великой Победы. После был техникум и партком судостроительного завода им. Жданова, затем Кировский райком партии и заочный Кораблестроительный институт. Ну, а дальше - горком-обком, Политбюро и Секретарь ЦК КПСС, всю жизнь твердо убежденный, что основной смысл существования компартии и ее бесспорная заслуга перед страной и народом заключалась в способности, умении и власти сосредоточить всю силу и мощь государства на главном направлении нужного для победы удара, при этом невзирая на любые трудности и пересечения чьих угодно интересов, а также противоречий межотраслевого, национального, территориального и иного характера.

Во время своей работы Романов слыл среди партактива почитаемым, в промышленности уважаемым, на творческих подмостках любимым и для всех одинаково грозным и страшным. Я помню его достаточно хорошо. На глаза ему никогда не лез. И хотя он в моей жизни и судьбе сыграл довольно зловещую роль, но, тем не менее, уважение к нему сохранилось до сих пор, причем именно за его преданность делу, которому он служил всю свою жизнь. Партфункционера его сорта после свержения советской власти было бы трудно представить владельцем фирмы, предпринимателем, банкиром либо бизнесменом, так же, как и брокером, хакером или каким-нибудь "какером". Поэтому он контрастно отличается от других ему подобных, для которых смена политокраски, мировоззрений и убеждений сама по себе стала неким бизнесом. И таких среди секретарей того же Ленинградского обкома партии тоже оказалось немало.

В остальном Романов прожил жизнь обычного человека маленького роста, со своими слабостями, капризами и чудачествами, о которых в те годы знал весь аппарат обкома. Жену Романова, как и его двух дочерей с мужьями, я видел только раз, когда меня во время всесоюзной переписи населения делегировали опросить домочадцев члена Политбюро ЦК КПСС. При советской власти, в отличие от нынешней, высокопоставленные мужья не демонстрировали всем подряд своих жен. Те же, в свою очередь, тоже никакой иной роли, кроме супружеской, как правило, не исполняли. Романов и тут не был исключением. Жил он, как мне помнится, на площади Революции, у особняка балерины Кшесинской, в самой что ни на есть, по сегодняшним меркам, обычной квартире, обставленной также ничем не примечательной мебелью. То же самое было и на госдаче в Осиновой Роще, где член Политбюро круглогодично обитал в старинном деревянном двухэтажном доме, выкрашенном в темно-зеленый цвет. На не очень большом участке, за таким же зеленым дощатым забором, находилась еще пара строений, в т.ч. домик для охраны. По внешнему виду госдача почти ничем не отличалась от раскиданных в пригороде многочисленных летних детсадов и яслей. На втором этаже дома находился небольшой романовский кабинет с блоком правительственной связи, и дочкам, особенно с мужьями, заходить туда не полагалось. Каждое утро Романов ездил из Осиновой Рощи в Смольный одним и тем же маршрутом - через Парголово, Поклонную гору, вниз по пр.Энгельса. Затем почему-то, поворачивал на пр.Смирнова. Далее через Петроградскую сторону, по Кировскому, до памятника Суворову, что на Марсовом поле - и вверх, по набережной Невы. Время его проезда спешащие на работу ленинградцы могли сверять по часам. Вся кавалькада главы обкома и члена Политбюро состояла всего из двух машин: впереди черная "волга" сопровождения, гос. номер 03-03, а за ней - членовоз, поэтому не было нужды перекрывать транспортные потоки, обходились "зеленой волной". Бывало, особенно солнечной весной, Романов доезжал по ул.Воинова до Тверской, а дальше в Смольный шел пешком. Не раз приходилось видеть, как глава Ленинградского обкома вышагивал по тротуару чуть впереди своего охранника с неразлучным кейсом в левой руке. В отличие от нынешних свор, в плотном окружении которых теперь передвигаются по жизни даже директора бань и рынков, члену Политбюро тогда полагалось всего лишь двое телохранителей, которые посменно были с Романовым неразлучны. Если мне не изменяет память, то долгое время около него работала пара майоров из 9-го управления КГБ СССР - худой брюнет, по-моему, Чивилихин и упитанный блондин, вроде бы, Демидов.

В мои тогдашние обязанности входило регулярно представлять статданные для всевозможных докладов, а также заносить их в маленький блокнотик, который Романов все время носил с собой, что позволяло ему постоянно быть в курсе дел и событий по основному спектру важнейших показателей городской и областной жизни.

Как-то жарким летним днем мне сподобилось зайти в книжный киоск, находившийся в самом конце длиннющего смольнинского коридора. Было достаточно душно, поэтому, встав у полки и перебирая книги, я скинул на подвернувшийся стул пиджак и ослабил узел галстука. Вдруг, неожиданно для всех, в киоск заглянул сам Романов. Присутствующие нехорошо застыли. Заведующая тут же выскочила из-за своей стоечки. Окинув взглядом всех и полки с книгами, член Политбюро, ни с того, ни с сего, подошел ко мне и, как обычно, чуть склонив голову на бок, пристально уставился снизу вверх своими серо-стальными глазами. Я влип мокрой спиной в стойку книжной стенки и потянулся к пиджаку.

- Вы что, на пляж пришли? Или куда? - вежливо поинтересовался Романов. - Может, и брючки с галстуком скинете? В одной рубашечке будет попрохладней.

Молча внимая советам члена Политбюро, я машинально пытался натянуть пиджак, не отлипая спиной от стенки.

- Вы рабочее время для ознакомления с литературой себе сами установили? Или кто? - не унимался глава обкома.

Краем глаза я заметил, как от греха подальше шмыгнула в дверь пара обкомовских "книголюбов".
Романов также неожиданно сменил тему и уже ровным голосом спросил, какая из книг привлекла мое внимание. Тут я и сам с удивлением обнаружил зажатую в моем потном кулаке какую-то тематическую брошюрку типа "Анализ статданных в жилищном строительстве". Прочтя название книжицы, член Политбюро, приподняв бровь, что-то сказал взволнованной киоскерше и, наглухо застегнутый на все пуговицы, вышел в душный коридор.

Спустя несколько дней заведующий обкомовским отделом ехидно полюбопытствовал у меня про содержание той злополучной брошюрки. После этого случая я уже никогда на службе пиджак не снимал.

Этот малюсенький вспомнившийся мне эпизодик характеризует не столько Романова либо меня, сколько царившую в аппарате обкома служебную атмосферу, резко отличавшуюся от нынешней мэрской, как, впрочем, и сама наша жизнь. Теперь в коридорах и порой даже кабинетах бывшего института благородных девиц можно запросто и в любое время года повстречать свободного "демократа", почти полностью освобожденного от одежды, если, конечно, не считать майки с короткими шортами и сандалий на босу ногу. И дело тут вовсе не в форме одежды, а в отношении к своим должностным обязанностям и мере ответственности за них. Ведь издревле известно: одежка снаружи очень многое характеризует и определяет внутри того, кто ее носит.

Как тут не вспомнить того же Собчака, который, пытаясь купить любовь служителей Мельпомены, вынужден был все время им чем-нибудь платить, разумеется, не из своего, а из государственного кармана. Поэтому теперь вокруг его дачи в Репино и раскинулись угодья, дарованные им с барского плеча разным представителям питерской театрально-киношно-музыкальной богемы.

Для сравнения было бы уместно привести аналогичный пример романовского периода. В ту пору в БДТ у Товстоногова отмечали какой-то юбилей. Был приглашен почти весь партхозактив города. После сборного спектакля я, как благодарный почитатель, потянулся за кулисы. В это время Товстоногов выстроил там пред Романовым каре из вроде бы искренне его любящих артистов. По крайней мере, свою любовь они выражали настолько бурно, горячо и рьяно, что это не могло не покоробить даже их режиссера.

Член Политбюро, рассеянно улыбаясь, благодарил за талант и пожимал всем руки. Заслуженный артист Басилашвили в порыве охватившего его верноподданнического ража даже пытался прижать романовскую ладонь к своей щеке, но, ввиду большой разницы в росте, сумел дотянуть ее только до области сердца. Когда же дошла очередь до народного артиста СССР Лебедева, загримированного под горьковского Луку-Утешителя, тот, ловко зажав руку главы обкома в ладонях, храбро проблеял в свойственной только одному ему высокоартистичной манере о своем жгучем желании на старости лет прикупить рядом с городом "землицы" (так и сказал), чтобы соорудить на ней "домик-пряник". Улыбка мгновенно слетела с романовских губ. Он выдернул свою руку из лебедевского капкана и леденящим голосом отчетливо, но тихо произнес: "Вам бы надо знать, что я государственной землей не торгую". После этого он тут же повернулся к персонажу "Дна" спиной, продолжая поздравлять с успешным выступлением других демонстраторов любовного припадка.

Я вовсе не желаю хаять либо осуждать действительно великих артистов, как и писателей, режиссеров, драматургов или мастеров балета нашего города со всемирно признанным, высочайшим культурным потенциалом. Но, право, ведь бывает очень горько и неловко смотреть, как теперь вовсю костерят советскую власть те, которые еще совсем, казалось бы, недавно, шумно толкаясь, лезли на глаза члену Политбюро с одной лишь надеждой, чтобы он их заметил. Так вели себя многие, а не только, скажем, Даниил Гранин или Кирилл Лавров, которых щедро осыпали государственно-партийной благодатью, и в ту пору они чрезвычайно гордились благосклонностью к ним самого Романова. А сейчас? Господа! Нельзя же так бесталанно хамелеонить! Вы же творцы, и притом великие. Поэтому в глазах потомков просто обязаны оставаться людьми! Это ваш крест. Ведь на вас смотрят миллионы, для которых откровенная перелицовка тех, кого они действительно почитают и искренне любят - это сигнал и благословение к массовому клонированию самой обычной подлости.

Что же касается устремленного к своему 80-летнему юбилею Григория Васильевича Романова, то многие простые ленинградцы еще не забыли его личного вклада в развитие нашего города и благосостояние каждого жителя. Ведь именно благодаря его усилиям, и это непреложный факт, была, например, построена дюжина новых птицефабрик вокруг Ленинграда и решена многолетняя продовольственная проблема, что напрочь исключало завоз и скармливание по дешевке людям биохимических, а потому ядовитых "ножек Буша", по вкусу и подобию хотя и очень напоминавших куриные. А что до очередей и порой пустых полок в продовольственных магазинах, которыми повсюду так ловко корят советскую власть, то вспомните, какие были цены. Смею уверить, что если сейчас хоть на пару дней эти цены возвратить, то все "демократические" лотки, палатки и супермаркеты вмиг возникшие очереди разнесут вдребезги. Вот тогда и будет с чем сравнить. Но есть и непреходящие ценности. Например, сколько линий и станций метро было запущено за годы романовского правления. Я уже не говорю о выросшем более чем в три раза ленинградском жилом фонде, и в 15 раз - областном. Ведь при Романове ежегодно строилось около трех миллионов квадратных метров жилья, против нескольких десятков тысяч сегодня, что просто несоизмеримо. Да мало ли что еще можно и нужно вспомнить, но не дает "свобода слова".
Довольно часто, особенно раньше, доводилось слышать даже от вполне нормальных, уважаемых людей, что, мол, советская власть прогнила до основания, а потому достаточно было Горбачеву шевельнуть пальцем, и коммунистический режим сразу рухнул, как карточный домик. Ошибочка это, господа хорошие! Не в коррозии власти скрывалась беда. Да и режим тот имел такой запас прочности, что вот уже десять лет кряду страну активно разворовывают, но все равно растащить до конца фундамент этого, как выражаются, "домика" так и не смогли. Секрет же гибели Союза заключался в самой что ни на есть банальной, только широкомасштабной, государственной измене и диверсии, так сказать, подрыве основ, заранее спланированном и очень грамотно осуществленном. А против взрывчатки никакое сооружение не устоит. Все, как известно, зависит лишь от ее количества, да схемы и методов закладки.
Всесторонне, объективно и неспешно проанализировав "преданья старины глубокой" и "дела давно минувших дней", разумный человек неумолимо придет к неутешительному выводу о том, что западные спецслужбы долго, тщательно и качественно приготавливали Горбачева к государственной измене и перевороту в СССР, всячески подсобляя ему продвигаться по партийной лестнице все выше и выше к намеченной цели. Одновременно они также неослабно тормозили либо вообще останавливали процесс роста и выдвижения на пост генсека других вероятных его конкурентов. Примеры тому имеются, и Романов среди них.

Многие ленинградцы наверняка еще не забыли дивную байку, когда-то в одночасье облетевшую СССР. Охотно и активно передавали из уст в уста, как главный ленинградский коммунист сыграл свадьбу своей младшенькой дочки в ослепительной роскоши Зимнего дворца, где в парадном, утопающем в цветах трапезном зале, ярко освещенном монаршими люстрами и канделябрами, многократно отраженными в золоте императорских сервизов и картинных багетов, всю ночь напролет чинно поздравляли новобрачных и благородно выкрикивали "Горько!" под одобрительными взглядами былых высочеств и сиятельств, которых кисти великих мастеров сохранили до наших дней на портретах, украшающих хоромы самодержцев "Всея Руси". Ну, в общем, все было, вроде, так же, как водили под венец при царях.

Сама запущенная в общественный эфир тема бракосочетания по-царски оказалась настолько легкоусвояемой, что в считанные дни охватила массы, и в глазах миллионов людей почти одновременно стряслась полная дискредитация члена Политбюро. И несмотря на кажущийся, по сути, пустячок в сравнении со всеми романовскими заслугами, народ разом разуверился в чистоте его помыслов и намерений, а также наличии у него совести и чести.

Пусть теперь это все не суть важно, однако неумолимая историческая правда заставляет меня внести диссонанс во вчерашний дружный хор ярых антисоветчиков. Ведь в действительности все было совсем не так, а точнее - никак. Хотя дочь Романова, действительно, вышла замуж, но вот только гулянка по этому поводу в каком-нибудь царском дворце, впрочем, как и в любом городском ресторане, была напрочь исключена. И дело тут вовсе не во всесильном желании Романова либо его семьи, а в бытовавших тогда в партсреде нравах и обычаях, которые просто не допускали выхода за рамки устоявшихся правил и протоколов, охватывающих разнообразные обстоятельства и ситуации из жизни партбоссов. Что же до романовской вседозволенности, то она находилась под зорким и неусыпным надзором Москвы, с последующим обязательным спросом. И как любому простому человеку ни покажется странным, но отклониться от предписанного ему протокола он мог не дальше собственной квартиры либо госдачи. Все остальные места для свадеб подобного рода были заказаны его статусом и занимаемой должностью. Да и сама идея отметить бракосочетание дочери в Эрмитаже могла в ту пору восприниматься настолько сумасбродной, что в окружении Романова даже разговоров на эту тему вести никто бы не посмел. Но так было тогда. Ведь гулять и пьянствовать в царских покоях и всемирно известных музеях повадились значительно позже, уже при Собчаке, но никакой ужасной реакции в народе это почему-то не вызвало.

Как оказалось, всю операцию по шельмованию Романова провели немцы. В основу ее было заложено совпадение фамилий главы обкома и наследного русского царя. Рассчитали, что в голове обывателя такое совпадение очень легко и прочно переплетется с Зимним императорским дворцом. Вот почему германцы в своем популярном журнале "Совиное зеркало" и тиснули очерк под названием "Возвращение царя Романова в Зимний". Ну а дальше все дружественные ФРГ радиоголоса, начиная с "Немецкой волны", "Свободы" и "Голоса Америки", разом и мощно запустили по белу свету эту "утку". В ту пору многие в СССР этим закордонным голосам безоглядно верили. Даже сам Брежнев потребовал у Романова объяснений, получив в подарок от германского канцлера немецкий журнал.
Вот и вся история, в которую все еще кто-то верит и, вероятно, лишь потому, что, оказавшись в дураках, к тому же ограбленных, было бы не так горько и обидно. Ведь именно благодаря этому, запущенному из Германии абсолютно ложному слуху, Романов не смог одолеть Горбачева и стать генсеком, и поэтому мы теперь живем не в СССР. А о разгроме ГДР и всего другого вообще говорить не стоит. Правда, самого Романова, даже несмотря на его преклонный возраст, можно и нужно винить в том, что, узрев и убедившись в измене и предательстве Горбачева, он в тот ответственный исторический период смалодушничал и не остановил диверсию, тем самым не спас Родину. Ведь у него тогда имелись как сама возможность, так и выбор средств для ее осуществления. Достаточно было только заглянуть в новейшую историю или вспомнить, к примеру, ледоруб, которым при Сталине остановили прототип Горбачева - Леву Бронштейна (он же Троцкий).

Кстати, в бытность "Папы Джо" поведение всех членов Политбюро в критический для СССР момент, безусловно, расценили бы как пособничество ярому врагу, за которое приговор историческому обжалованию не подлежит...

__________

*) В 1981 году с личного согласия Г.В.Романова меня арестовали и только спустя много лет оправдали и реабилитировали.

[ НАЗАД ] #  Комментарии (0)